Лукасса
Я понятно объясняю? (с) "Добрыня Никитич и Змей Горыныч"
Марфа Эрнестовна жила на углу Цветочной и Солнечной улиц. Она было высокой сухощавой и совершенно седой. Никто не знал сколько ей лет, но все соглашались, что она на едкость мрачная и подозрительная особа.
Рано утром выходила она из дома, с неодобрением смотрела на светлеющий горизонт, надвигала черную широкополую шляпу к самым бровям и отправлялась на прогулку. Она шла по Солнечной широким размашистым шагом, так что подол длинной черной юбки вился вокруг высоких ботинок, подобно игривой собачонке, и мерно постукивала медным наконечником отполированной до блеска черной же трости.
Ближе к полудню она появлялась на Цветочной улице - еще более мрачная и недовольная, подходила к своему крыльцу и останавливалась, поджимая губы в тонкую, бесцветную линию. В последнее время там ее то и дело поджидал какой-нибудь сюрприз.
Это мог быть поросенок сделанный из желудя и спичек, бусы из акации, вырезанный из бумаги солдатик, большая стеклянная пуговица или ракушка. Неделю назад это был букетик васильков привязанный шпагатом к дверной ручке.
А сегодня была драка. Впрочем, стоило мальчишкам заметить ее, как они прыснули во все стороны. Но кое-кто остался.
Ему было около семи, и он был конопат, как могут быть конопаты только семилетние рыжие и зеленоглазые мальчишки. Когда она остановилась перед ним, он вскинул голову, сердито шмыгнул носом и утер ладошкой разбитую в кровь губу.
- Ну-с, юноша, - произнесла Марфа Эрнестовна неожиданно звучным и глубоким голосом. – Надеюсь, что всему этому есть объяснения?
- А чего они, - сердито сплюнул по ноги мальчишка, потом смутился и повторил заметно тише, - чего они говорят, будто феев не существует?
- Фей, – поправила Марфа Эрнестовна. – Потому что они в это верят. А раз они в это верят – значит так оно есть.
- А вот и нет!
- А вот и да.
Мальчишка вскочил, утер навернувшиеся на глаза злые слезы и вскинув голову встретился с ней взглядом.
- Какая вы… Какая вы! Вот подождите, Марфа Эрнестовна! Я как вырасту - обязательно вас поцелую! И тогда все-все увидят - какая вы! Вы только еще немного подождите, мне совсем чуточку осталось, чтоб вот по взаправдашнему вырасти!
Марфа Эрнестовна только головой покачала, глядя как он припустил по улице. Потом наклонилась, подняла букетик из кленовых листьев, поднялась на крыльцо и толкнула тяжелую дверь. Она жила под самой крышей, но никогда не пользовалась лифтом – это тоже откуда-то все знали.
В прихожей она сняла шляпу, посмотрела на себя в зеркало и рассмеялась – неожиданно даже для себя звонко и легко.
«Вырастет он. Глупый мальчишка», - подумала она, касаясь кончиком пальца увядшего букетика из васильков. - «Феям не нужны все эти поцелуйные сложности, чтобы справиться с проклятием».
Она взяла букетик и приложила его к волосам. Наливающиеся синевой цветы удачно оттеняли черную прядь, пробившуюся на левом виске.
«Я тебя обязательно дождусь. Если не перестанешь верить».

@темы: тварьчество